Сказочные традиции семьи Матюковых-Малаховых (Седельниковский район Омской области)

Сказочные традиции семьи Матюковых-Малаховых (Седельниковский район Омской области)

Седельниковский район
Русские старожилы
Мифологические представления

Записи текстов сказок династии Матюковых-Малаховых в Седельниковском районе Омской области ведутся с 1987 г., а с 1999 г. изучаются сказки, записанные от Петра Федоровича Матюкова (1936–2006), который усвоил репертуар своей матери, Павлины Ефимовны Матюковой (1907 – 1982).

Е. П. Малахова и А. С. Малахов своих исследованиях обращались к изучению  личности  П. Ф. Матюкова, основателя семейной «школы» сказочников Матюковых-Малаховых, описывали семейный механизм трансмиссии сказочной традиции в этой «школе», уделяли внимание проблемам исследования эпической памяти на материалах сказок от разных исполнителей семейной династии.

Династия сказочников Матюковых-Малаховых состоит из 9 сказочников: Павлина Ефимовна Матюкова (1907 – 1982), Лидия Федосовна (Матюкова) Горбовцева (1928 - 2014), Петр Федорович Матюков (1936–2006), Василий Фёдорович Матюков (1933 - 2009), Анатолий Петрович Матюков (1963 г.р.), Елена Петровна (Матюкова) Малахова (1970 г.р.), Александр Сергеевич Малахов (1991 г. р.), Татьяна Владимировна (Матюкова) Баранцева (1991 г. р.), Игорь Александрович Матюков (1993 г. р.).

1_ П.Ф. Матюков с женой и старшими сыновьями.jpg

П.Ф. Матюков с женой и старшими сыновьями - Анатолием и Александром. Фото из семейного архива.

П. Е. Матюкова и её дети: Пётр, Василий, Лидия и др. родились и воспитывались в традиции, «когда все на сказках жили».

Основатель «школы» сказочников Матюковых-Малаховых, П. Ф. Матюков, который целенаправленно осуществлял трансмиссию традиции, не привнес в свой репертуар ничего чужого и  своих «учеников» он старался уберечь от этого греха.

Подобно тому, как по-разному осваивают устную традицию сказочники с разными типами эпической памяти, по-разному они воспринимают и мир книги.

Так, например, старший сын сказочника Петра Федоровича Матюкова – Анатолий Петрович Матюков (1963 г. р.), в течение года не мог научиться читать в первом классе деревенской школы: все фразы из букваря и литературные тексты он дословно воспроизводил по памяти после единственного прочтения их учителем вслух. «Памятливый» ученик получал двойки за дословно воспроизведенный текст при пересказе. «Мы и не знали, что Толька наш читать не умееть. К весне букварь в школе выучили, стали «Родную речь» читать ды пересказывать. Приходить раз Толька сы школы домой з двойкой за пересказ. Дневник на стол, а сам под кровать. Я в дневник, а там двойка. Я за ремень… Вечером стали учицца читать ды пересказывать вместе з им. Гляжу, мой Толька читаеть по книжке слово в слово, а глазы не в книжке, а в потолке. Я к Васильевне: “За что двойка?” А ина мне: “За то, что выучив наизусь!” А ён и не учив! Хватились, а ён и буквы совсем не знаеть, ён учительницу в школе добро слухав и брав все на память. И так, видно, весь год. Стали мы з им учить буквы и читать по букварю занова. Заставляю читать по слогам ды лбом в книжку пихаю, а прогледишь, ён опять глазы в потолок закатываеть». (личный архив автора статьи – далее ЛАА: записано в 1999 г. в д. Соловьевка Седельниковского р-на Омской обл. от жены сказочника П.Ф. Матюкова – А.Я. Матюковой (1943-2008).

«Памятливые ученики», по мнению основателя семейной «школы» сказочников П. Ф. Матюкова, настоящие наследники и хранители традиции. С 4–5 лет они уже испытывают потребность в аудитории слушателей. «Один раз потеряли мы Ленку малую, всю деревню обыскали, все колодцы – нет нигде! Прибегаю в школу, а ина там. Зашла к ребятам в класс, рассказала все мальцевы стишки и басни, все бабины сказки. Я двери в класс открываю, а ина пяеть:

Сядить кошка на вакошке,

Вышиваеть сабе хвост.

– Девки, масленка проходить,

Настаеть вяликий пост!

Я сгребла яе и домой! Нясу домой на спине, а ина плачеть, ня все рассказала, в школу хочеть. Так с 6 лет и отправили яе у школу. А мальцы пришли сы школы домой ды тожа плачуть, что ина ихные школьные стишки рассказала, ды кап яе у школу такую малую ни пускали» ( ЛАА: записано в 1999 г. в д. Соловьевка Седельниковского р-на Омской обл. от жены сказочника П.Ф. Матюкова – А.Я. Матюковой (1943-2008).

После этого случая учительница подарила девочке две книги со сказками «Снегурочка» и «Гуси-лебеди». Петр Федорович прочитал дочери эти сказки и объяснил, что есть сказки «наши» - т.е. устные, и есть «книжные» - «Книжные сама будешь читать, а наши сказки с книжными не мешай» (ЛАА).

По этой же «методике» обучал П.Ф. Матюков чтению и «непамятливых» внуков-«учеников». «Ученики», не относящиеся к категории «памятливых», продолжают осваивать традицию в повседневном общении среди «памятливых». На широкую аудиторию они не выходят, а рассказывают сказки только в кругу своей семьи, домашним питомцам или друзьям. Так, например, Игорь Матюков (1993 г.р.), «непамятливый» внук-«ученик» П.Ф. Матюкова, рассказывая сказки или былички маленьким девочкам-подружкам в д. Соловьевке, каждый раз менял и эпизоды, и формулы в своих повествованиях, вызывая смех окружающих. За такое словотворчество с многозначительными паузами-раздумьями, сопровождающимися определенной мимикой и своеобразной жестикуляцией, Игорь получил в деревенской среде прозвище «сказочник». Зачастую «сказочные репетиции» Игоря в кругу домашних питомцев его отец, А.С. Матюков   (1965 г.р.) прерывал окриком: «Стихни, Ямеля!» На такие прозвища Игорь не обижался, а продолжал настаивать на своем: «Я не придурковатый, я умный. Я расскажу вам сказку про двух волков, только у мяне яны не возле костра будуть сядеть, как у деда, а построють деревянную машину» (ЛАА).

Подобные вольности допускал Игорь при обучении чтению. Дедушка учил его читать по сказкам «Теремок» и «Колобок», ругался: «Ты мне читай як нада, а не придумляй свои сказки. Ты наши все перековеркав и за книжные взявся! Видишь буквы – читай!». На что смышленый Игорь тут же нашел выход из сложившейся ситуации. Он также спрашивал дедушку: «А ты, дед, видишь буквы? -  «Вижу!» - отвечал «учитель». Игорь снимал деду очки и заключал: «А без очков попробуй, прочитай!». Дед махал рукой на такого ученика и говорил в сторону: «Не гляди, что п***ватый – зато смяшнэй!» (ЛАА). И через минуту вновь строго кричал на внука, требуя безупречного чтения книжной сказки и хорошего пересказа своей.

2_ П.Ф. Матюков с женой и внуками.jpg

П.Ф. Матюков с женой и внуками. Фото из семейного архива.

С памятливым же внуком они поочередно друг другу читали сказку Волкова «Урфин Джюс и его деревянные солдаты», на материале этой сказки дедушка прививал эротический сказочный аспект: замещал некоторые слова скабрезной лексикой. Внук возмущался: «Дед, тут так не пишут!» «Не пишут? - искренне изумлялся дед, - а я так вижу» (ЛАА,1999). Думается, что такие учения являлись своеобразной подготовкой внука к восприятию сказок эротического содержания.

В 1989 году дочери-студентке П.Ф. Матюков оформил подписку на журнал РАН «Русская речь». От корки до корки этот журнал читал сам. Особенно любил рубрику «Из этнолингвистического словаря славянских древностей», призывал: «Ленка, почитай-ка, там про наш Катин вир напечатали!» (ЛАА, 1989). Про соловьевский «Катин вир» в журнале ничего не писали, но про слово вир, т.е. омут, информация имелась. Но в таком контексте от сказочника можно было услышать былички о чертях и топонимические предания.

В 2003 году он прочитал рукописный сборник стихов дочери и очень был возмущен: «Стихоплетством решила заняться! Я табе покажу! Выкини, кап я больше этого не видев!» (ЛАА, 2003).

Незаурядный исполнитель сказок П.Ф. Матюков, творивший в рамках традиции, в 2000-е гг. был весьма обеспокоен повышенным интересом собирателей фольклора к его личности и сказкам. Он отрицательно относился к восторженным репликам по поводу его творчества, говорил: «Это не мои сказки, их все знають» (ЛАА, 2003).

Сказка была естественной составляющей его жизни, и даже за день до смерти  в январе 2006 г., глядя в окно, он произнес: «А моя коза-дереза пасецца по белому снегу» (ЛАА, 2006).

Творческие возможности своих детей и внуков сказочник ограничил традицией. «Памятливые» не просто мастерски воспроизводят сказки, усвоенные от П.Ф. Матюкова, но и оперируют вариантами и версиями, согласно сложившимся условиям повествования. Они так же, как и их «учитель», используют сокращенную версию сказки, исполняя ее для чужих, или, когда не расположены к собеседнику.

3_ Е.П. Малахова (дев. Матюкова)».jpg

Е.П. Малахова (дев. Матюкова). Фото из семейного архива.

Общий репертуар сказочной династии Матюковых-Малаховых включает 37 наименований, в это число входят как тексты на один сюжет, так и тексты с устоявшимися в традиции контаминациями сюжетов:

1. «Волк и лиса» (СУС № 1+№ 2+№ 3+№ 4);

2. «Волк и кобыла» (СУС 118);

3. «Коза и баран» (СУС № 12 + № 5);

4. «Лиса и журавль» (СУС № 60);

5. «Кот, петух и лиса» (СУС № 61В);

6. «Зайцы в овсе» (СУС № 93);

7. «Про старую собаку» (СУС № 101);

8. «Собака и медведь» (СУС № 102);

9. «Волк и козлята» (СУС № 123);

10. «Лесная избушка» (СУС № 130В);

11. «Медведь и скрипка» (СУС № 151);

12. «Смоль-колода» (СУС № 154);

13. «Липовая нога» (СУС № 163В);

14. «Коза-дереза» (СУС № 212);

15. «Кот и сметана» (СУС № 217В);

16. «Кот и дикие животные» (СУС№ 103)

17. «Небесная избушка» (СУС № 218В);

18. «Чудо-юдо поганое» (СУС № 300А);

19. «Сказка про бабу Югу» (СУС № 327С+№ 327F);

20. «Девка и ведьма» (СУС 428).

21. «Волшебное кольцо» (СУС 560)

22. «Батька Мороз» (СУС № 480В);

23. «Сказка про дедову и про бабину дочек» (СУС № 480С);

24. «Сказка про чёрную коровку» (СУС № 511);

25. «Емеля и Сивка-бурка» (СУС № 530);

26. «Мальчик с пальчик» (СУС № 700);

27. «Два брата» (СУС № 303);

28. «Звериное молоко» (СУС № 315);

29. «Царевна-лягушка» (СУС№ 402);

30. «Чудесная птица» (СУС№ 567);

31. «Почему люди теперь не знают, когда умирать» (СУС -793);

32. «Старик и солдат» (СУС № 1547);

33. «Цыган и Иван» (СУС № 1626=АА*2100);

34. «Сказка про лизуна» (не имеет аналогов в СУС);

35. «Сказка про Ярошку» (не имеет аналогов в СУС);

36. «Упрямая жена» (СУС № 1365А);

37. «Кто заговорит первым?» (СУС 1351).

Итак, данный перечень включает в себя 16 сказок о животных, 7 бытовых и 14 волшебных.

Усвоение сказочного репертуара наследниками традиции происходило и происходит по определённой схеме. Каждый сказочник семейной династии Матюковых-Малаховых располагает сказки в своём репертуаре в определенном, значимом для него порядке. Зависит это, видимо, от процесса восприятия и усвоения.

Выстроить определённый порядок репертуара каждого сказочника – задача не из простых, в особенности, если «ученик» имел в своей практике несколько учителей. Ребёнок не просто запрашивает конкретные сказки в нужном ему порядке, а затем пользуется сказочными формулами в своей речи – он таким образом познаёт внешний мир.

Смеем предположить, что «мозаичная картина» сложившегося репертуара сказочника с учётом вариантов и версий обнажит глубокие тайники эпической памяти.

Главными показателями усвоения сказок в семейно-родственном кругу считаем определённую последовательность в репертуаре, свою для каждого из исполнителей – наследников традиции и распознавание конкретного сюжета через разные названия его вариантов и версий.

На основе анализа материала, полученного в условиях стационарного исследования династии сказочников Матюковых-Малаховых, сделаны следующие выводы: 1) фольклорное сознание, сформированное посредством сказки в раннем возрасте, сохраняется на протяжении всей жизни человека; 2) различая реальное и фантастическое, носитель традиции всегда смотрит на мир через призму фольклора, используя формульный стиль общения; употребление сказочных формул в повседневной речи не только способствует передаче и сохранению традиции, но и является живым отображением сказочной картины мира в действительности; 3) сказочники Матюковы-Малаховы не просто создают формулы и варьируют их при исполнении произведения, как требует того техника, этими формулами они мыслят постоянно; 4) сохранность сказочной традиции осуществляется не только через сказочные формулы, но и через манеру сказителей подавать бытовое описание – обыденная ситуация выдерживается в сказочной структуре: с зачином, с изобилием пословиц, поговорок, образных сравнений, фразеологизмов.

В ходе включённого наблюдения за процессом передачи сказочной традиции в семейной «школе сказочников» Матюковых-Малаховых  выявлен основной критерий - «памятливость», которому следовал П.Ф. Матюков при «отборе» внуков для обучения. «Памятливые» сказочники из семьи Матюковых  минимизируют временную границу между периодами слушания, усвоения и попыткой применения своих навыков. Учёт этой внутренней точки зрения носителя традиции позволил отметить примечательную особенность – только у «памятливых» процесс создания и исполнения сливаются в едином акте, такие сказители способны сочетать черты и сказочников-эпиков, и балагуров.

«Сказка про ведьму» - рассказывает Елена Петровна Малахова:

«Жылі-былі дзед і баба. Дзяцей у іх не было.

Пайшоў дзед на двор, зляпіў са снегу мальчыка і прынёс у хату. Паклалі яго на прыпечак. Мальчык ляжаў-ляжаў. Снег растаў і мальчык ажыў. Маленькі мальчык палучиўся ў дзеда з бабай.

Стали они мальчика кормить, поить, и рос мальчик не по дням, а по часам. Подрос, стал помогать деду с бабой. Дед ему лодочку из колоды вырезал,  и стал мальчик плавать на лодочке по речке и ловить рыбку. А баба носила ему обед на речку. Сварить обед, скадеть в узялочек, принясеть на речку и запяеть:

Иванька-сынок,

Припляви к беряжку,

 Похлебай кулешку

 Надень белую рубашечку.

Иванька подплыветь к берегу, похлебаеть куляшку, переоденеть рубашку чистеньку, котору ему баба принясеть, и дальше по речке плаваеть, рыбку ловить.

Услыхала это ведьма и решила Иваньку поймать, прибегла на речку и запела:

Иванька-сынок,

   Припляви к беряжку,

    Похлебай кулешку

      Надень белую рубашечку.

А Иванька ей отвечает: «Это не мамкин голос. Мамка моя другим голоском поеть. Тоненько». Побегла ведьма к кузнецу: «Кузнец, кузнец, скуй мне тоненький голосок, а то я тебя зьем!»  Кузнец изловчился и сковал ведьме тоненький голосок. Прибегла ведьма на речку и запела:

Иванька-сынок,,

Припляви к беряжку,

Похлебай кулешку

Надень белую рубашечку.

Иваньку подумал. что это егоная мамка и приплыл к берегу, а ведьма схватила его, ухопила и понесла домой.

Принесла домой, отдала старшей дочке, чтобы она этого Иваньку в печке зажарила. Старшая дочка искупала Иваньку в воде, ополоснула молоком, посадила на лопату, стала двигать в печку, а Иванька ножки растопырил, и в печку не лезеть. Тогда она ему говорит: «Слезай с лопаты, я тебе покажу, як надо ложиться на лопату. На лопату надо ложиться ровненько, вот так, ручки, ножки вытянуть вдоль тела». Ну, она лягла на лопате, а Иванька её на лопате задвинул в печку и заслонкой закрыл.

Там дочка и сжарилась. Ванька достал чугунок с печки, все порубил в чугунке, а ведьма прилетела, достала этот чугунок из печки, поела. Вышла во двор, катается по траве:

Покачуся-повалюся,

Ванькиного мяса наелася.

А Ванька ей кричит:

Покатися-повалися!

Свою дочку съела!

Ведьма опять поймала Ваньку и отдала средней дочке Ваньку готовить. Средняя дочка Ваньку помыла в воде, обкупнула в молоке, сметаной помазала, посадила на лопату, стала двигать в печку, а Иванька ножки расчеперил, и в печку не лезеть. Ведьмина дочка говорит: «Ты ножки вот так вот склади вместе!». А Ванька говорит: «А я не знаю, як ножки складывать». – «Ну. слазь, я тебе покажу!». Слез Ванька с лопаты. Ведьмина дочка лягля на лопату, Иванька её на лопате задвинул в печку и заслонкой закрыл.

Там дочка и сжарилась. Ванька достал чугунок с печки, все порубил в котелке, и не успел убегчь – ведьма прилетела, достала этот котелок, мяса наелась, вышла во двор, катается по траве:

 Покачуся-повалюся,

 Ванькиного мяса наелася.

А Ванька ей отвечает:

Покатися-повалися!

Свою дочку съела!

Эх, ведьма разозлилась, поймала Ваньку и отдала третьей своей дочке готовить. Третья дочка умница, младшая дочка. У нее такой перстенек на мизинчике был. Ну, и стала эта дочка Ваньку мыть в молоке, да метаной обмазывать, на лопату посадила и двигаеть в печку. А Ванька опять ноги расчеперил, и не влазить. Дочка говорит: «Ну, слазь с лопаты, я тебе покажу, як надо на лопату ложиться!» Ванька слез с лопаты, ведьмина дочка лягля на лопату, а Иванька ее в печку вдвинул. Испяклась дочка, он ее достал, порубил, порубил и опять в печку задвинул котелок, а сам побег домой к деду, к бабе.

А ведьма прилетела, достала этот котелок, стала мясо есть, и пальчик ей с колечком попался и ведьма поняла, что Ванька и третью ейную дочку в печке зажарил. Эх, ведьма разозлилась и полетела на ступе за Ванькой. А Ванька бег, бег, а ведьма его вот-вот догонит: в ступе летит, помялом погоняет. Ванька залез на большой дуб, на самую верхушку, сидит. Ведьма прилетела к дубу, кинула свою ступу с помялом и давай дуб грызть. Дуб качается, а она хочет дуб завалить, Ваньку схватить и съесть. Летит стая гусей, Ванька им кричит: «Гуси-лебеди, бросьте мне по перышку, я с вами полечу!». А они отвечают: «Нет, мы тебе не кинем по перышку! Вот сзади лятит куршивый гусенок, пускай он тебе повязеть».

Ну, правда, летит за ними куршивый гусенок. Ванька просит: «Гусенок-гусенок, возьми меня с собой!». Куршивый гусенок сел на верхушку дуба, Ванька на гусенка пересел и они полетели. А ведьма дуб подгрызла и дуб рухнул и ведьму задавил.

А гусенок с Ванькой прилятели к деду с бабой на двор, на поляночку сели, а дед с бабой рады. Ваньку с гусенком встречают и гусенка оставили жить и всю зиму гусенка кормили и с гусенка вырос красивый гусь. И тогда этот гусь полетел к своим гусям, а Ванька остался с дедом, с бабой жить-поживать и добра наживать».

«Сказка про Ерошку» - рассказывает Пётр Фёдорович Матюков


Автор - Малахова Елена Петровна, кандидат филологических наук



Возврат к списку